того, была подготовлена для подрывной деятельности на советской территории специальная воинская часть – учебный полк специального назначения „Бранденбург-800“, подчиненный непосредственно начальнику Абвер-2 Лахузену. В задачи этого созданного в 1940 году специального соединения входил захват оперативно важных объектов: мостов, туннелей, складов, оборонных предприятий, и удержание их до подхода авангардных частей немецкой армии. При этом, нарушая международные правила ведения войны, личный состав полка был укомплектован главным образом за счет „зарубежных“ немцев, широко использовавших стандартное обмундирование и оружие Красной Армии для маскировки своих операций. В процессе подготовки нападения Германии на СССР командование полка „Бранденбург-800“ запасала предметы обмундирования и оружия Красной Армии, и организовало отдельные отряды из числа тех немцев, которые знали русский язык». (Здесь и выше выделено мной – В.М.).
Что касается полка Абвер-2 специального назначения «Бранденбург-800», в состав которого входили, как известно, спецбатальоны «Нахтигаль» и «Роланд», то полковник Штольце, грубо ошибается, когда говорит, что он комплектовался из «зарубежных немцев». Вероятно, свидетель имел в виду, говоря о «зарубежных немцах», тех представителей народов, которые симпатизировали фашистам и воевали на их стороне. Ведь на самом деле – батальоны «Нахтигаль» и «Ролланд», как и весь полк (а затем и дивизия) спецназначения «Бранденбург-800» состояли из предателей и выродков тех народов, против которых гитлеровская Германия вела наступление и агрессию – эстонцев, латышей, литовцев, украинцев, русских, калмыков, грузин, татар, туркестанцев, чеченцев и др..
Как бы продолжением, и в то же время – значительным уточнением сказанного выше, есть свидетельства того же полковника Эрвина Штольце советскому правосудию после того, как он попал в советский плен. Эти незаурядные свидетельства хранятся в Киеве в Центральном государственном архиве общественных организаций (ЦГАОО) Украины.
Вот они. Э. Штольце: «…Для подрывной деятельности в Польше мы использовали украинских националистов. С целью привлечения широких масс для подрывной деятельности против поляков нами был завербован полковник петлюровской армии, белоэмигрант Коновалец, через которого в Польше, областях Западной Украины осуществлялись террористические акты, диверсии… В начале 1938 года я лично получил указания от адмирала Канариса о переключении всей имеющейся агентуры из числа украинских националистов на непосредственную работу против Советского Союза. Коновалец охотно согласился переключить часть националистического подполья непосредственно на работу против Советского Союза, поскольку считал, что работу против поляков следует также продолжать, потому что эти меры нами одобрялись. Вопрос: «При каких обстоятельствах Мельник был завербован в качестве агента немецких разведывательных органов?» Э. Штольце: «Во время работы полковника Коновальца как нашего агента для сохранения условий конспирации по его рекомендации был завербован украинский националист, ротмистр петлюровской армии Ярый, по кличке «Консул-2», который использовался нами как агент-связист между нами и Коновальцем, а Коновалец, в свою очередь, как связной с националистическим подпольем.Еще при жизни Коновальца Ярый был известен Мельнику и другим националистам, как близкий к Коновальцу, и как активный националист. Поэтому Канарис поручил начальнику Абвер-2 полковнику Лахузену через Ярового связаться с Мельником, который уже в то время переехал из Польши в Германию.Таким образом, в конце 1938 года или в начале 1939 года Лахузеном была организована встреча с Мельником, во время которой последний был завербован и получил кличку «Консул».Поскольку Мельник должен был стать лично моим связным, то во время его вербовки я также присутствовал.Должен отметить, что вербовка прошло очень гладко, потому что о деятельности Мельника мы знали в достаточной мере, и он, по сути, был агентом Коновальца в проводимой против поляков работе…»
Здесь, для большей ясности, следует дать краткую справку о Р. Яровом, которому так доверяли абверовцы и руководители ОУН, и который в отношениях ОУН с Абвером (и не только с этой организацией, но и с гестапо) играл большую роль.
Яровой («Ярры», «Рихард», «Рико») (1888—1969) – австрийский подданный чешско-немецкого происхождения. По семейной легенде – потомок украинского казака, раненого в 1683 году под Веной в битве польских войск Яна Собесского против турок. В 1912 году окончил военную академию австро-венгерской армии. В чине поручика служил в австро-венгерской армии на Восточном фронте против России. Затем в чине ротмистра служил в имперской контрразведке. С 1918 года находился в Украинской галицкой армии (УГА) командиром сапёрной сотни, а затем командиром конного полка. В армии Украинской Народной Республики был офицером 5-го Херсонского конного полка. В 1920 году был интернирован в Чехословакию. Активный деятель УВО и ОУН, где был членом руководства. С начала 20-х годов был резидентом немецкой разведки в ОУН, с 1937 года – связным между руководителем ОУН Е. Коновальцем и руководителем Абвера адмиралом Канарисом. Весной 1941 года – командир спецбатальон «Ролланд». Имел огромное влияние на С. Бандеру, активно поддерживал его, но в июле 1941 года порвал с ОУН-бандеровцами. В послевоенный период отошел от политических дел. Жил в родовом имении в Австрии. Умер в 1969 году.
Далее предоставим слово E. Штольце: «…После окончания войны с Польшей Германия усиленно готовилась к войне против Советского Союза, и поэтому по линии Абвера принимались меры активизации подрывной деятельности, т.к. те меры, которые проводились через Мельника и другую агентуру, оказались недостаточными. С этой целью был завербован известный украинский националист Бандера Степан, который в ходе войны был освобожден немцами из тюрьмы, куда был заключен польскими властями за участие в террористическом акте против руководителей польского правительства. Кто вербовал Бандеру, я не помню, но он был со мной на связи. В процессе активизации украинской националистической деятельности, которую мы проводили через свою агентуру, уже в начале 1940 года нам стало известно о трениях в руководстве националистического подполья, в частности, между нашими агентами Мельником и Бандерой, и о том, что эти трения ведут к расколу националистического движения…» (Здесь и выше выделено мной. – В. М.)
То, что далее Штольце в своих показаниях отмечал, что пытался примирить обоих руководителей ОУН, очень сомнительно. Надо полагать, что раскол в ОУН (как это уже отмечали, ссылаясь на мнение Бандеры) был инспирирован гитлеровцами в их политических интересах, и осуществлялся руками уже упоминавшегося Рико Ярового.
Штольце продолжал: «…После нападения Германии на Советский Союз Бандера активизировал националистическое движение в областях, оккупированных немцами, и привлек на свою сторону особенно активную часть украинских националистов…» Вопрос: «В какой степени использовались украинские националисты в борьбе против партизанского движения, подполья компартии на оккупированной немцами Украине, и кто из руководства отделом Абвера участвовало в этом?» Штольце: «Отдел Абвера активно использовал украинских националистов в ходе всей войны с Советским Союзом. Из числа украинских националистов формировались отряды для борьбы с советскими партизанами, полицией вербовалась агентура из числа украинских националистов для заброса за линию фронта с целью диверсии, террора, шпионажа и т. д.. Однако подробностей всей этой работы я не знаю, потому что этим занимались непосредственно абверкоманды, абвергрупы, абверштелле, расположенные в специальных округах на оккупированной территории. Во время отступления немецких войск с Украины Канарисом лично по линии Абвера были даны указания о создании националистического подполья (бандгрупп) для продолжения борьбы против Советской власти на Украине, проведение террора, диверсий, шпионажа; специально для руководства националистическим движением оставались официальные сотрудники Абвера – офицеры и агентура. Были даны указания о создании схронов и складов оружия, продовольствия и тому подобного. Для связи с бандами агентура направлялась через линию фронта, а также выбрасывалась на парашютах. Боеприпасы и оружие так же доставлялись бандам на парашютах…»
Эти показания датированы 29 мая 1945 г.
«Походные группы» ОУН и Украинская полиция
Создание «походных групп»
«Общий Пароль для всех участников „походных групп“: Вопрос – „Куда вам дорога стелется?“, Ответ – „Туда, где столбы небо подпирают“…» из протокола допроса Павлишина Мефодия Михайловича (он же – Лисовский Виктор Семёнович) от 27.11.1944г.
Накануне вступления войск гитлеровской Германии на территорию Советского Союза ОУНовцы (сначала бандеровцы, а затем и мельниковцы) начали формировать (конечно, с согласия Абвера и гестапо) так называемые «походные», или «маршевые» группы. Их назначение: продвижение вслед за наступающими войсками гитлеровцев и создание в каждом оккупированном немцами населенном пункте
